Сутугин Анатолий Николаевич
sutanik
Страничка стодорожника: club.tours.ru/sutanik
В стихах и жизни, как и в прозе:
И смена мест, и смена лиц,
Когда на каждом повороте
Иное просится на лист.
Путешествовал по странам: Россия, Америка, Швейцария, Франция, Германия, Болгария, Венгрия, Молдова, Казахстан, Узбекистан, Чехия, Латвия, Литва, Эстония, Туркменистан, Польша
Окончил МВТУ им. Баумана. Активно занимался спортом: альпинизм, экстремальный водный туризм, горные и равнинные лыжи. Кандидат в мастера спорта по альпинизму. С 1980 по 1983 г. Заместитель председателя федерации каратэ СССР.Многократно выезжал за рубеж в служебные командировки, Был в США,Франции, Германии, Швейцарии, ЧЕХОСЛОВАКИИ, Венгрии, Болгарии, Польше.
Пишет стихи и прозу.
Быль о хангакуртских бичах
Лето в тот год в Зауралье выдалось на редкость неустойчивое - то лили проливные, похожие на тропические ливни, дожди, от которых многочисленные речушки мгновенно взбухали, выходили из берегов и разливались по низинам болотистыми озёрами, то несчадно начинало греть безжалостное солнце, высушивая выплеснутую с небес влагу, на бесконечном голубом пространстве небо свода невозможно было отыскать ни одного, даже малюсенького, заблудшего облачка, а потом вдруг начинали грохотать невесть откуда взявшиеся зловещие грозы, сопровождаемые сильнейшими, шквальными ветрами, вырывающими с корнями многолетние кедры, сосны и ели, которые, жалобно потрескивая ломающимися ветвями и сучьями, медленно, словно нехотя, падали на землю и в воду, перегораживая русла рек, создавая в них не проходимые завалы и заломы.
Именно в это непонятное лето забросила меня судьба вместе с Ряшей и нашими женами на таёжную речку Ем-Юган, впадающую в Малую Сосьву.
Был со мной мой десятилетний сынишка Коля. Кроме того, поехали с нами ещё двое парней: Лёха - наш спутник по походам, и Серега-сын моего знакомого, девятнадцатилетний верзила, до этого ни разу не бывавший в тайге. Уговорил его на это мероприятие отец, которому было спокойнее, когда сын находился под присмотром у знакомых, а не болтался чёрт знает где. После недолгих уговоров он убедил сына, что это лучший вариант отдыха.
- А что, поеду,- решил Серёга.- Поживу эти полмесяца, как трава. Буду дышать воздухом. Сливаться с природой. Кстати, отдохну всё-таки оригинально, это тебе не берег Крыма, где даже песка из-за сплошных тел не видно...
Сплавлялись мы тогда на резиновых ЛАСах, намечая держать путь аж до самого Берёзова, куда когда-то был сослан знаменитый Алексашка Меньшиков.
Однако расчёты наши во времени оказались не совсем верными: не была правильно учтена тихоходность используемых плавсредств при движении по длинным, почти без всякого течения, плёсам, которых на Ем Югане, как говорил наш Лёша, было, как грязи.
Ошиблись мы и в вычислении протяженности маршрута: не хватало нам ещё опыта, да и карта была только двадцатикило метровка. В результате всего этого мы вынуждены были прекратить сплав где-то на трети намеченного к прохождению пути, и вместо движения вперёд остановиться, чтобы затем возвратиться в исходную точку - иначе, в отведенное нам отпускное время мы не укладывались, а это было чревато определёнными неприятностями на работе.
Местом нашей остановки оказался Хангокурт – заброшенный людьми довольно крупный посёлок, как мы тогда считали, геологоразведочной партии, созданный где-то в пятидесятые годы. Посёлок состоял из полусотни прекрасных рубленых домов с пристройками, сараями, банями и даже коптильнями. Имелись в нём также помещения клуба, школы, поликлиники, здание администрации.
Много лет спустя мне совершенно случайно удалось узнать настоящую правду о Хангокурте и близ лежащих местах. Оказалось, что своему созданию он был обязан вовсе не геологам, а сибирским бобрам.
Вот эта история. В прошлом этот отдалённый таёжно-болотистый край был весьма труднодос¬тупным. У коренных местных жителей — ханты и манси — существовали не только древние обычаи охраны ценных животных, но даже особые, иногда довольно значи¬тельные запретные территории — «святые места».
Благодаря такому щадящему при¬родопользованию и наличию своеобраз¬ных «празаповедников» на Малой Сосьве сохранились до начала XX века самые се¬верные колонии азиатских бобров, кото¬рые к тому времени были полностью ис¬треблены не только в Приобье, но и почти по всей Сибири.
Первоначально сведения о кондо-сосьвинских бобрах поступали от путеше¬ственников и учёных. По призыву известного деятеля охраны при¬роды Г.Кожевникова в 1920-х годах было организовано специальное обследова¬ние, которое осуществил Тобольский охо¬товед В.Васильев, выяснивший, что по притокам верховий рек Конды, Малой Сосьвы и Тапсуя сохранилось более 300 бобров.
Первое постановление о создании бобрового за¬поведника на Кондо-Сосьвинском водо¬разделе вынес президиум Тобольского окрисполкома 15 июня 1928 года. Орга¬низация Северо-Уральского государ¬ственного боброво-соболиного охотничь¬его заповедника была утверждена колле¬гией Наркомзема РСФСР 26 апреля 1929 года. Границы заповедника уточнялись до 1931 года, общая площадь его составила около 800 тысяч гектаров.
В ноябре 1934 года Президиум ВЦИК РСФСР признал общегосударственное значение заповедника и переименовал его в Кондо-Сосьвинский. Центральная усадьба заповедника, первоначально располагавшаяся в Шухтунгорте, была пере¬несена в Хангокурт, где для этой цели строился благоустроенный посёлок со зданиями конторы, лаборатории, музея, школы, библиотеки и так далее.
В связи с «реорганизацией» системы советских заповедников в 1951 году, ког¬да их общее количество в стране сокра¬тилось с 128 до 40 (площадь — с 12,5 мил¬лиона гектаров до 0,9), Кондо-Сосьвин¬ский заповедник, несмотря на протесты научной общественности и местных орга¬нов власти, был ликвидирован. Вскоре появились многочисленные призывы учё¬ных о его восстановлении, а в конце 50-х годов Главохота РСФСР вела по этому поводу длитель¬ную переписку с тюменскими организаци¬ями. Однако начавшееся освоение при¬родных ресурсов Тюменского Севера, в частности, строительство железной доро¬ги Ивдель — Обь и закладка ряда мощных леспромхозов, помешало осуществлению этих планов.
Слава Богу, в 1968 году был учреждён административный — Советский район. Осенью 1969 года новые власти обра¬тились к учёным с просьбой провести изыскания в целях частичного восста¬новления Кондо-Сосьвинского запо¬ведника.
Такие работы в 1970 году выполнила под руководством Ф.Ш. Штильмарка Центральная проектно-изыскательская экспедиция и ЦНИЛ Главохоты РСФСР.
В результате удалось согласовать проект со здания заповедника в бассейне Малой Сосьвы (первоначально намеченная площадь — около 300 тысяч гектаров республиканского заказника для бобров на реке Конде. Распоряжением Совмина РСФСР этот заказник был учреждён в 1971 году. Однако проект заповедника был заблокирован мощным барьером ведомственных интересов, и, прежде всего Министерством лесной промышленности.
Лишь благодаря большой настойчивости научной об¬щественности удалось до¬биться восстановления заповедника «Малая Сосьва» в 1976 году, но только на площади 92,9 тысячи гектаров вместо ранее намеченных вариантов в 296 и 180 тысяч гектаров.
Сюда вошли преиму¬щественно водоохранные леса в долине Малой Сосьвы, окрестные болотные про¬странства и несколько других лесных участ¬ков, относительно малоценных для лесо¬промышленного освоения. Основные мес¬та обитания аборигенных бобров в преде¬лы заповедника включить не удалось.
Сотрудники вновь созданного запо¬ведника вскоре убедились в том, что его территория недостаточно репрезентабельна для коренных ландшафтов данной местности и не может служить фаунистическим резерватом в условиях стреми¬тельно нарастающего хозяйственного освоения на прилегающих участках. Офи¬циальные предложения о расширении за¬поведника были внесены в 1983 году, конкретное же проектирование в этих целях началось в 1986 году. Были боль¬шие трудности в связи с возражениями лесопромышленников, а также из-за включения в новую территорию участков Березовского района.
В 1988 году в состав заповедника во¬шёл также памятник природы региональ¬ного значения — замечательное «Озеро Ранге-Тур» (площадь 2238,5 гектара). Это озеро считается у хантов священным ме¬стом.
После преобразования большинства леспромхозов в акционерные общества и в связи с принятым законом о мест¬ном самоуправлении такие разногласия удалось преодолеть. Десятого августа 1993 года распоряжением Правитель¬ства Российской Федерации территория заповедника «Малая Сосьва» была уве¬личена на 132,6 тысячи гектаров, дос¬тигнув нынешних размеров — 225,6 ты¬сячи гектаров.